Девушка ощущала невероятную усталость, но сердце ее колотилось от страха. Она чувствовала, что ей предстоит пережить что-то ужасное, и сознавала, что должна попытаться как-то защитить себя. Она не перила заявлению пирата, что он не сделает ей ничего плохого; подобное заверение в устах такого человека звучало просто нелепо. Катарина решила немедленно сообщить, что она — дочь графа Десмонда. Стоит ему узнать, кто она такая, и он наверняка не станет лишать ее невинности, а передаст отцу за приличный выкуп.

Катарина вспомнила его серые глаза. Еще ни один мужчина так на нее не смотрел.

Ее пробрала дрожь. Интуиция подсказывала ей, что пират станет играть с ней, как кот с мышью, и в итоге возьмет ее, и плевать ему на выкуп. Она перекрестилась, отчаянно надеясь, что ошибается.

Несколькими мгновениями позже он пришел в каюту. Когда за ним закрылась тяжелая дверь, Катарина резко выпрямилась на стуле. Джулия бросилась к подруге, но он даже не взглянул на нее. Он окинул Катарину откровенно раздевающим взглядом, и у нее перехватило дыхание, а сердце, казалось, готово было выскочить из груди. Щеки ее запылали.

Потом он все же взглянул на Джулию и поманил ее пальцем.

Идемте, миледи.

Катарина пришла в ужас — что он задумал? Не может быть, чтобы он собирался обесчестить их обеих! Она вскочила на ноги, загородив собой Джулию.

— Никуда она не пойдет!

— До чего вы смелы, миледи. Но на моем корабле приказываете не вы. Идемте, леди.

Джулия не сдвинулась с места; Катарина схватила ее за руку.

Что вы хотите с ней сделать? Он посмотрел ей в глаза:

Совсем не то, что вы думаете. Ваша подруга мне ни к чему. Этой ночью мне будет вполне достаточно ваших прелестей. Но леди должна уйти — или, может быть, вам требуются зрители?

Катарина отшатнулась, залившись краской, но не выпустила руку Джулии.

Капитан…

Ему все это как будто представлялось забавным.